Плач Иеремии 4

黄金何其失光！ 纯金何其变色！ 圣所的石头倒在各市口上。

huáng jīn hé qí shī guāng ！ chún jīn hé qí biàn sè ！ shèng suǒ de shí tou dǎo zài gè shì kǒu shàng 。

Как потускло золото, изменилось золото наилучшее! камни святилища раскиданы по всем перекресткам.

锡安宝贵的众子好比精金， 现在何竟算为窑匠手所做的瓦瓶？

xī ān bǎo guì de zhòng zǐ hǎo bǐ jīng jīn ， xiàn zài hé jìng suàn wèi yáo jiàng shǒu suǒ zuò de wǎ píng ？

Сыны Сиона драгоценные, равноценные чистейшему золоту, как они сравнены с глиняною посудою, изделием рук горшечника!

野狗尚且把奶乳哺其子， 我民的妇人倒成为残忍， 好像旷野的鸵鸟一般。

yě gǒu shàng qiě bǎ nǎi rǔ bǔ qí zǐ ， wǒ mín de fù rén dǎo chéng wéi cán rěn ， hǎo xiàng kuàng yě de tuó niǎo yì bān 。

И чудовища подают сосцы и кормят своих детенышей, а дщерь народа моего стала жестока подобно страусам в пустыне.

吃奶孩子的舌头因干渴贴住上膛； 孩童求饼，无人擘给他们。

chī nǎi hái zǐ de shé tou yīn gān kě tiē zhù shàng táng ； hái tóng qiú bǐng ， wú rén bò gěi tā men 。

Язык грудного младенца прилипает к гортани его от жажды; дети просят хлеба, и никто не подает им.

素来吃美好食物的， 现今在街上变为孤寒； 素来卧朱红褥子的， 现今躺卧粪堆。

sù lái chī měi hǎo shí wù de ， xiàn jīn zài jiē shàng biàn wèi gū hán ； sù lái wò zhū hóng rù zǐ de ， xiàn jīn tǎng wò fèn duī 。

Евшие сладкое истаивают на улицах; воспитанные на багрянице жмутся к навозу.

都因我众民的罪孽比所多玛的罪还大； 所多玛虽然无人加手于她， 还是转眼之间被倾覆。

dōu yīn wǒ zhòng mín de zuì niè bǐ suǒ duō mǎ de zuì hái dà ； suǒ duō mǎ suī rán wú rén jiā shǒu yú tā ， hái shì zhuǎn yǎn zhī jiān bèi qīng fù 。

Наказание нечестия дщери народа моего превышает казнь за грехи Содома: тот низринут мгновенно, и руки человеческие не касались его.

锡安的贵胄素来比雪纯净， 比奶更白； 他们的身体比红宝玉 更红， 像光润的蓝宝石一样。

xī ān de guì zhòu sù lái bǐ xuě chún jìng ， bǐ nǎi gèng bái ； tā men de shēn tǐ bǐ hóng bǎo yù gèng hóng ， xiàng guāng rùn de lán bǎo shí yí yàng 。

Князья ее были в ней чище снега, белее молока; они были телом краше коралла, вид их был, как сапфир;

现在他们的面貌比煤炭更黑， 以致在街上无人认识； 他们的皮肤紧贴骨头， 枯干如同槁木。

xiàn zài tā men de miàn mào bǐ méi tàn gèng hēi ， yǐ zhì zài jiē shàng wú rén rèn shi ； tā men de pí fū jǐn tiē gǔ tou ， kū gān rú tóng gǎo mù 。

а теперь темнее всего черного лице их; не узнают их на улицах; кожа их прилипла к костям их, стала суха, как дерево.

饿死的不如被刀杀的， 因为这是缺了田间的土产， 就身体衰弱，渐渐消灭。

è sǐ de bù rú bèi dāo shā de ， yīn wèi zhè shì quē le tián jiān de tǔ chǎn ， jiù shēn tǐ shuāi ruò ， jiàn jiàn xiāo miè 。

Умерщвляемые мечом счастливее умерщвляемых голодом, потому что сии истаивают, поражаемые недостатком плодов полевых.

慈心的妇人，当我众民被毁灭的时候， 亲手煮自己的儿女作为食物。

cí xīn de fù rén ， dāng wǒ zhòng mín bèi huǐ miè de shí hòu ， qīn shǒu zhǔ zì jǐ de ér nǚ zuò wéi shí wù 。

Руки мягкосердых женщин варили детей своих, чтобы они были для них пищею во время гибели дщери народа моего.

耶和华发怒成就他所定的， 倒出他的烈怒； 在锡安使火着起， 烧毁锡安的根基。

yē hé huá fà nù chéng jiù tā suǒ dìng de ， dǎo chū tā de liè nù ； zài xī ān shǐ huǒ zhe qǐ ， shāo huǐ xī ān de gēn jī 。

Совершил Господь гнев Свой, излил ярость гнева Своего и зажег на Сионе огонь, который пожрал основания его.

地上的君王和世上的居民都不信 敌人和仇敌能进耶路撒冷的城门。

dì shàng de jūn wáng hé shì shàng de jū mín dōu bú xìn dí rén hé chóu dí néng jìn yē lù sā lěng de chéng mén 。

Не верили цари земли и все живущие во вселенной, чтобы враг и неприятель вошел во врата Иерусалима.

这都因她先知的罪恶和祭司的罪孽； 他们在城中流了义人的血。

zhè dōu yīn tā xiān zhī de zuì è hé jì sī de zuì niè ； tā men zài chéng zhōng liú le yì rén de xuè 。

Все это - за грехи лжепророков его, за беззакония священников его, которые среди него проливали кровь праведников;

他们在街上如瞎子乱走， 又被血玷污， 以致人不能摸他们的衣服。

tā men zài jiē shàng rú xiā zǐ luàn zǒu ， yòu bèi xuè diàn wū ， yǐ zhì rén bù néng mō tā men de yī fu 。

бродили как слепые по улицам, осквернялись кровью, так что невозможно было прикоснуться к одеждам их.

人向他们喊着说： 不洁净的，躲开，躲开！ 不要挨近我！ 他们逃走飘流的时候， 列国中有人说： 他们不可仍在这里寄居。

rén xiàng tā men hǎn zhe shuō ： bù jié jìng de ， duǒ kāi ， duǒ kāi ！ bú yào āi jìn wǒ ！ tā men táo zǒu piāo liú de shí hòu ， liè guó zhōng yǒu rén shuō ： tā men bù kě réng zài zhè lǐ jì jū 。

“Сторонитесь! нечистый!” кричали им; “сторонитесь, сторонитесь, не прикасайтесь”; и они уходили в смущении; а между народом говорили: “их более не будет!

耶和华发怒，将他们分散， 不再眷顾他们； 人不重看祭司，也不厚待长老。

yē hé huá fà nù ， jiāng tā men fēn sàn ， bú zài juàn gù tā men ； rén bú zhòng kàn jì sī ， yě bú hòu dài zhǎng lǎo 。

лице Господне рассеет их; Он уже не призрит на них”, потому что они лица священников не уважают, старцев не милуют.

我们仰望人来帮助， 以致眼目失明，还是枉然； 我们所盼望的，竟盼望一个不能救人的国！

wǒ men yǎng wàng rén lái bāng zhù ， yǐ zhì yǎn mù shī míng ， hái shì wǎng rán ； wǒ men suǒ pàn wàng de ， jìng pàn wàng yí gè bù néng jiù rén de guó ！

Наши глаза истомлены в напрасном ожидании помощи; со сторожевой башни нашей мы ожидали народ, который не мог спасти нас.

仇敌追赶我们的脚步像打猎的， 以致我们不敢在自己的街上行走。 我们的结局临近； 我们的日子满足； 我们的结局来到了。

chóu dí zhuī gǎn wǒ men de jiǎo bù xiàng dǎ liè de ， yǐ zhì wǒ men bù gǎn zài zì jǐ de jiē shàng xíng zǒu 。 wǒ men de jié jú lín jìn ； wǒ men de rì zi mǎn zú ； wǒ men de jié jú lái dào le 。

А они подстерегали шаги наши, чтобы мы не могли ходить по улицам нашим; приблизился конец наш, дни наши исполнились; пришел конец наш.

追赶我们的比空中的鹰更快； 他们在山上追逼我们， 在旷野埋伏，等候我们。

zhuī gǎn wǒ men de bǐ kōng zhōng de yīng gèng kuài ； tā men zài shān shàng zhuī bī wǒ men ， zài kuàng yě mái fú ， děng hòu wǒ men 。

Преследовавшие нас были быстрее орлов небесных; гонялись за нами по горам, ставили засаду для нас в пустыне.

耶和华的受膏者好比我们鼻中的气， 在他们的坑中被捉住； 我们曾论到他说： 我们必在他荫下， 在列国中存活。

yē hé huá de shòu gāo zhě hǎo bǐ wǒ men bí zhōng de qì ， zài tā men de kēng zhōng bèi zhuō zhù ； wǒ men céng lùn dào tā shuō ： wǒ men bì zài tā yìn xià ， zài liè guó zhōng cún huó 。

Дыхание жизни нашей, помазанник Господень пойман в ямы их, тот, о котором мы говорили: “под тенью его будем жить среди народов”.

住乌斯地的以东民哪，只管欢喜快乐； 苦杯也必传到你那里； 你必喝醉，以致露体。

zhù wū sī dì de yǐ dōng mín nǎ ， zhǐ guǎn huān xǐ kuài lè ； kǔ bēi yě bì chuán dào nǐ nà lǐ ； nǐ bì hē zuì ， yǐ zhì lù tǐ 。

Радуйся и веселись, дочь Едома, обитательница земли Уц! И до тебя дойдет чаша; напьешься допьяна и обнажишься.

锡安的民哪，你罪孽的刑罚受足了， 耶和华必不使你再被掳去。 以东的民哪，他必追讨你的罪孽， 显露你的罪恶。

xī ān de mín nǎ ， nǐ zuì niè de xíng fá shòu zú le ， yē hé huá bì bù shǐ nǐ zài bèi lǔ qù 。 yǐ dōng de mín nǎ ， tā bì zhuī tǎo nǐ de zuì niè ， xiǎn lù nǐ de zuì è 。

Дщерь Сиона! наказание за беззаконие твое кончилось; Он не будет более изгонять тебя; но твое беззаконие, дочь Едома, Он посетит и обнаружит грехи твои.